Dust Master
Шесть дней в неделю студент работает по учебному плану, а один день - меньше. - А. М. Афонин.
Я начну с очевидной в это время года вещи: идет сессия. Завтра у меня должен был проходить экзамен, но пару дней назад старосте сообщили, что экзамен переносится на сегодня. Как все во времени запутано. Должен был быть 15-го, а был сегодня, 14-го.

Несколько раз я уже тут писал про курс теории газоразрядных устройств (тгру), который, вроде как, является нашим профильным, идет полтора года, а читает его матерый профессор Протасов, отчасти благодаря которому на русском языке есть хоть какие-то книги про плазму и пробойные явления. Полтора года назад, когда этот курс начинался, мы сидели на первой лекции. Я в который раз повторюсь, но опишу, как Протасов читал лекции.

Лекция начинается с того, что профессор открывает окно. Нам всегда ставят на тгру такую аудиторию, окна которой выходят на дорогу вдоль Яузы, поэтому из окон стабильно слышны сирены машин всяческих спецслужб, гневное гудение людей, стоящих в пробках, неработающие глушители на старых развалинах и так далее. Потом Протасов достает какие-то карточки, которые, наверное, он написал еще будучи студентом, и начинает по ним читать. Читает он только глядя на доску. Видимо, профессорское звание позволяет ему не напрягаться особо сильно, поэтому рот он открывает с неохотой, из-за чего половину слов разобрать не удается. Было даже так, что я у него переспросил то, что не услышал, а он в ответ мне сказал что-то, что я тоже не услышал. Тогда это было смешно. На первой же лекции отпадает интерес и надобность что-то писать. Протасов пишет только сокращения, только корявыми буковками. Сокращения эти он, видимо, выдумал сам. Но к ним-то можно привыкнуть как-то, а корявые буковки все время меняются. Большую часть времени они скрыты от аудитории перекошенной влево спиной профессора. Как-то так прошла первая лекция, а остальные были на нее похожи до последнего покашливания.

Еще Протасов любит отсылать нас к книжкам. То есть, он так и говорит, что если чего-то в лекциях не хватает, то надо это искать в книге, он это объяснять не будет. А если не нашлось, то стоит придумать самому. Еще он все время требовал от нас какого-то творческого решения домашних заданий, которые он, конечно, не объяснял как делать.

А теперь основная часть. Сегодня у нас был заключительный экзамен по этой дисциплине. Раньше я не особо понимал, о чем шла на лекциях речь, но в этот раз я потратил два дня на то, чтобы прочитать книжки и разобраться во всем, что Протасов по корявым кускам выплевывал на лекциях.

Мы пришли на экзамен к десяти часам утра. Нас встретил заместитель Протасова, который сказал нам искать аудиторию свободную. Мы ее нашли, нам выдали билеты и сказали писать ответ как можно подробнее. К экзамену мы все принесли скопированные откуда-то домашние задания и какие-то полутабличные конспекты, которые Протасов называет КСР. Видимо это расшифровывается как-то как "Контрольные самостоятельные работы", я не знаю, он этого сокращения не пояснял, но все полтора года требовал. К полудню пришел сам Протасов. Он сразу отправил девушек к своему заместителю, а нам сказал писать быстрее, так как он просит нам помочь с его лабораторией.

У нас наконец-то выделили деньги на плазменную лабораторию, про которую нам рассказывал Марахтанов. Для ее сооружения надо снести половину здания, а в ней, как раз, расположена лаборатория Протасова, возле которой стоят огромные железные шкафы. Шкафы эти нам сказали вскрыть и опустошить, раскладывая содержимое вдоль стен. Заместитель сказал, что придет какая-то группа людей с пакетами и выбросит все, что мусор. Мы выпотрошили эти проклятые шкафы, но на этом дело не кончилось. Заместитель сказал, что надо нужное отложить в одну кучу, а мусор - в другую. Мы и это сделали. Потом оказалось, что и мусор нам тоже стоит выкинуть. После этого надо было перетаскать нужное на третий этаж. А после этого другую часть нужного перенести в лабораторию газотурбинных установок. Но даже после этого оказалось, что остался мусор, который надо выкинуть, и еще что-то нужное, что надо перенести в другое помещение. В этом помещении оказалась кладовка, которую тоже сказали выпотрошить. В потрохах я нашел каталог неплохого женского белья, а заместитель какие-то очередные нужные вещи. Остальные потроха было сказано упаковать обратно в кладовку. На закуску мы выкинули еще немного металла, а потом уставшие сели сами вдоль тех стен, где мы провели четыре часа, разгружая разное железо и толстые стекла.

На экзамен я шел с желанием получит четверку как минимум. Когда я сидел, прислонившись мокрой спиной к холодной стене, я подумал, что за такое Протасов должен всем поголовно поставить 4, а тем, кто готовился, - отлично. Я много слышал рассказов о том, что военные строят дачи генералам, вырывают сорняки в огородах и прочими ручными работами занимаются на военной службе. Мне от этого было очень неприятно. Мне не хотелось, чтобы профессор обошелся с нами так же. Мы сидели на полу и прикидывали, сколько цветного и черного металла мы сегодня перенесли на своих руках. Синельников убил костюм, Нургалиев - только рубашку, я - только штаны, и мы хотели прикинуть, сколько бы нам это обошлось, если бы Синельников приехал на машине и собрал весь металл. В тот момент кто-то заметил у себя под задницей трансформатор, на котором был написан его вес - 62 килограмма. Кто-то сказал, что 62 килограмма меди в деньгах будет где-то 5000.

Где-то уже к пяти часам мы поднялись на третий этаж, где Протасов выдал нам зачетки. Четверки, действительно, были у всех. Даже у тех, кто хорошо готовился. Я и еще пара таких, кто готовился, начали Протасову жаловаться, на что он ответил, что в наших ответах нет ничего нового, просто прямое решение и ответы. Сказал, чтоб мы брали направление и шли на повышение, если нас что-то не устраивает. А направления такие во время сессии деканат не выдает.

У меня был пример с проституткой, но я тут урвал кусок фильма про Клинта Иствуда, поэтому пример будет другой. В фильме "Хороший, плохой, злой" Туко заходит в оружейную лавку, он хочет найти себе револьвер. Продавец выдает ему самые разные револьверы, говорит, что это самое лучшее, что у него есть. Туко тогда от разных револьверов берет детали и собирает какой-то свой. После этого, нет, меня уже воротит от слова "после". Далее Туко стреляет из собранного револьвера, берет у продавца коробку патронов, шляпу, веревочку, а потом наводит ствол на продавца и забирает все его деньги. Как-то так с нами обошелся Протасов сегодня, от чего дико обидно. Можно ему простить его поганую манеру вести лекции за то, что он хороший ученый. Но сегодня получилось просто по-человечески нехорошо. Он перенес экзамен, чтобы он проходил в один день с экзаменом у третьекурсников, чтоб было побольше рабочих рук.

Когда я вышел из здания, я добрался до сада возле УЛК, снял носки с кроссовками и лег спать на скамейке. Я был грязный, уставший, босой, с дырявыми штанами и все еще сырой от пота, как бомж какой-то. На скамейке я проспал час, проснулся от звука газонокосилки, собрался и ушел в закат.

@темы: My day is done, 8 сессия, 8 семестр